фашисты братья комунистик

разрушить сионизм
В час пополудни в понедельник 7 июля 1941г вышел из своего дома товарищ Сёма Миронянский, секретарь Тель-Авивского отделения коммунистической партии (PKP – палестинской компартии), и не вернулся. Вот его описание: он был одет в шорты цвета хаки, был в очках. Он был по пути на встречу с партийным руководством на ул.Нахмани, 48. Британская полиция устроила в тот день засаду членам руководства компартии и арестовала их всех. Среди арестованных были арабский руководитель партии Радуан аль-Хилу по кличке "Муса", Шмуэль Микунис, Симха Цабари и другие представители партийного руководства. Аресты произвели еврейские полицейские британской полиции во главе с Ицхаком Штейнбергом, ответственным в британской CID за борьбу с коммунистами. В полиции не нашли никаких записей, свидетельствующих об аресте Сёмы, но его исчезновение именно в тот день и по пути на встречу – доказательство того, что то, что случилось, связано с арестом.
В следующие недели представила партия его исчезновение с помощью листовок следующего содержания:

"Всей общественности в Палештине!
…С момента своего ареста исчез товарищ Сёма, пропали его следы. Полиция утверждает, что ей ничего не известно о нем. … Мы обвиняем британскую полицию в Тель-Авиве, что она осуществила презренное убийство, замучив пытками товарища Сёму, и скрыла его тело.
Пытки жестокими избиениями, с обожжением стоп ног, угрозами изнасилования и убийства коммунистов, убийство товарища Яэль Гарзон в тюрьме в Бейт-Лехеме, убийство тысяч арабских борцов за свободу – это методы полиции Палештины.
Последнее убийство честного рабочего-коммуниста методом нацистских убийц осуществлено полицией Палештины в тот момент, когда массы во всем мире сосредотачиваются вокруг коммунистической партии – авангарда в оборонительной войне за Советский Союз и за уничтожение фашизма". (прим.перев.- именно Палештина, а не Эрец Исраэль писали коммунисты).

Последняя, кто видел Сёму живым, была товарищ Дова Йоффе. В своем свидетельстве через более, чем 7 лет, она рассказывала: "(В тот день) у меня была встреча с Сёмой на углу улиц а-Шофтим и Гидеона возле киоска у Центральной поликлиники купат-холим, (встреча) организованная ранее товарищами. Я прибыла туда без четверти 4, как было назначено ранее. Я села и заказала минеральную. Через мгновение прибыл Сёма и сел возле меня. Он тоже заказал стакан минеральной.
Я рассказала ему о случае обыска меня несколько дней назад, о котором Сёма не знал. Разговор между нами продолжался не более 5 минут, потому что Сёма спешил и сказал мне, что у него встреча с Симхой (Цабари) в 4 часа. Сёма встал и пошел по улице а-Шофтим в направлении бульвара ХЕН. Я сказала ему, что иду на 12-й автобус в том же направлении. Сёма ответил мне, что и он едет 12-м автобусом. Мы подошли к остановке и через минуту подошел автобус номер 12. Сёма и я вошли в автобус. В автобусе мы сели отдельно. Я ехала до конца линии – угол улиц Алленби и Йегуда а-Леви, а Сёма вышел на одну-две остановки до меня. Больше я не видела Сёму".
Никого не интересующие арестованные
Смерть Сёмы Миронянского, как видно, вследствие побоев полицейских, отражает мощь ненависти, которую вызывали коммунисты у общества – ненависти, которая усилилась после пакта и установления официального военного союза между Сталиным и Гитлером в августе 1939г. – формально "договор о ненападении", который подписали министры иностранных дел Риббентроп и Молотов, договор, предусматриваший раздел ряда стран и сфер влияния, подкрепленный через два месяца "Договором о мире и дружбе". Коммунисты здесь были фанатичными, жестокими в своем грубом подстрекательстве – и при этом несчастными прокаженными, отверженными обществом, вызывавшими жалость. Полицейский офицер, свидетельствовавший спустя годы об этом деле, рассказал, что обычно называл арестованных коммунистов "сиротами". У арестованных бойцов ЛЕХИ и ЭЦЕЛя была грозная поддержка за стенами тюрьмы, и тот, кто рисковал ударить их на допросе или в тюрьме, рисковал полчить пулю позже. Не так с коммунистами.
Исследователь – член Хаганы – издавший в июне 1942г. сборник под псевдонимом "Приносящий в типографию", описал политический фон арестов: "Летом 1941г. произвела полиция массовые аресты верхушки (компартии)… и смогла схватить арабского секретаря (Радуан аль-Хилу) и его еврейского помощника (Шмуэль Микунис). Пропаганда коммунистов за "немедленный мир" с Гитлером и их призыв не помогать Англии в ее империалистической войне привели к тому, что члены PKP (палестинской компартии) были обвинены как "пятая колонна".
Трагическая ирония состоит в том, что Сёма умер через две недели после гитлеровского вторжения в Советский Союз. Это был исторический момент, в который коммунисты сделали самый большой идеологический "флик-флак" за всю историю – стирание прошлого Гитлера как союзника и превращение в самого большого врага коммунистического движения.
Вскоре Советский Союз вступил в антигитлеровскую коалицию и английские власти изменили отношение к коммунистам. Коммунистам же понадобилось еще некоторое время, чтобы усвоить, что британские империалисты – теперь союзники. Лишь за несколько месяцев до этого выражали коммунисты поддержку бунту Рашида аль-Килани против англичан в Ираке. В то время, как сотни евреев были убиты во время погрома, а их имущество разграблено, представители компартии здесь выражали поддержку антиимпериалистическому, пронацистскому бунту. (см. http://maof.rjews.net/history/18-history/20371--)
Документы, выдающие истинное прошлое коммунистической партии в Эрец Исраэль, желтеют и потрескиваются. Ее последовательность и преданность идее символизируют события празднования ее 90-летия. У какой партии есть такая преемственность? Кто-нибудь помнит, когда была создана МАПАЙ? Является ли вообще партия Авода преемницей МАПАЙ?
В современном Израиле представляется коммунистическая партия "партией мира", "партией зеленых (борцов за окружающую среду", поддерживающей права человека и трудящегося. Но идейная последовательность от создания PKP в 1919г. и до сегодняшнего дня учит, что речь идет о попытке создать антисионизм "с человеческим лицом" – вроде социализма "с человеческим лицом", который пытались создать в Чехословакии в 1968г., которому тогда израильские коммунисты противились всей силой. Также Тамар Гужански (депутат Кнессета от компартии) была среди противников горбачевской перестройки и поддержала попытку нео-сталинистского путча (ГКЧП) в августе 1991г.
Ода погромам
О преданности коммунистов их идеям рассказывает изданный в 1950 году сборник документов, касающихся PKP. "Часто обвиняют коммунистическую партию в Эрец Исраэль в непоследовательности в ее принципах и позиции", - пишет редактор, на этот раз скрывающийся под псевдонимом "Копировальщик". – "Нам кажется, что эти обвинения несправедливы. Ведь немногие партии вложили так много энергии и фанатизма в "реализацию идеи", как это сделала коммунистическая партия в здесь в ее различных и многих перевоплощениях". Коммунистическая партия в Эрец Исраэль преуспела на протяжении почти на протяжении всех лет ее существования не смешивать между меняющейся личиной и постоянной целью. Личина и ухищрения менялись – в зависимости от времени и обстоятельств. А цель оставалась без изменений и вне ревизии – "война против эксплуататорского преступного сионизма".
Этот сборник плакатов служит свидетельством пути коммунистической партии в Эрец. Плакаты свидетельствуют об их создателях и не нуждаются в комментариях. В 1923г. подстрекают против лозунга "еврейский труд", в 1924г. подстрекают арабов силой захватить земли Афулы из рук евреев, в 1928г. несут лозунг независимости "арабского палештинского народа", а в 1929 называют кровавые погромы, устроенные арабами, - национально-социальной освободительной войной арабских рабочих и крестьян! Тот год – 1929-й – особенно очаровал коммунистическую партию. Дважды, трижды, четырежды на иврите и арабском – в основном, на арабском – они возвращаются к "выдающемуся событию" – "началу арабской пролетарской революции" (погромы 1929!) и поют ей оду, полную тайной истомы и скрытных томлений. (прим.перев. – есть свидетельства, что PKP не только подстрекала, но и поставляла арабам оружие. Но в том же 1929г. случился прокол – прячась в подвале от арабского погрома, в перепуге руководители компартии выпустили листовку, осуждающие погромы, организуемые арабами. Всю вершушку отозвали в Москву, где почти всех расстреляли. Единственный уцелевший потом был одним из руководителей Красной капеллы – советской разведсети в Германии. Новым руководителем был назначен Иосиф Бергер-Барзилай (Исаак Железняк), который через несколько лет также был отозван в Москву и с 1935 по 1956 годы провел в сталинских лагерях. С кадрами у компартии в Эрец всегда было туго, даже самые проверенные и закаленные портились тут – климат что ли?)
Разумеется, непросто и нелегко было появляться перед евреями, репатриировавшимися в Эрец Исраль (не для того, чтобы строить "Союз арабских республик") с таким идеологическим багажом. Три языка, на которых писались плакаты и воззвания, не раз выручали составителей. На иврите и на идише призывали к классовой борьбе (сионисты включались во враждебные классы), а по-арабски гораздо все проще – война (в полном смысле слова, с огнестрельным оружием) против англичан и сионистов до их полного изгнания. С изменением коньюктуры поспешила PKP исчезнуть с горизонта и вместо нее появилась МАКИ (мифлага коммунистит исраэлит – израильская компартия – название уже на иврите). Было ли еще изменение, кроме названия?
Почти все наследие PKP перешло к МАКИ. И она видит свое существование только в пробивании брешей в стене. Что же тогда изменилось? По правде говоря, очень мало. Вместо Коминтерна пришел ком-информ и вместо PKP – МАКИ. Если через годы выйдет еще сборник плакатов и воззваний МАКИ, мы вновь придем к тому же выводу, к какому мы приходим с выходом этого сборника. Среди нас находится чужое и враждебное тело, чье существование поколебалось на некоторое время с появлением "временного катаклизма" под названием государство Израиль, и теперь компартия пытается прийти в себя и продолжать давить идейные и моральные ценности, чтобы выполнить разрушительные указания, поступающие издалека".
Этот поразительный документ я нашел в архиве наследия писателя Шмуэля Дотана (З"Л). На картонной обложке есть идентификационный архивный номер, но нет идентификации организации, для которой был составлен этот сборник плакатов. Можно предположить, что речь идет об организации, которая видела в коммунистах объект слежки. Уровень формулировок в предисловии говорит о знающем исследователе, но это не академический документ.
Всемирная колонизаторская реакция
Было ли ясно с самого начала коммунистической деятельности в Эрец, что они возьмут на себя роль "чужого и враждебного тела"? В свое время я прочитал докторскую диссертацию израильского исследователя в США в середине 70-х (Ран Маром, Джорджтаунский университет, 1975г.), из которой можно понять, что в первые годы PKP колебалась. Ее люди действовали в среде, которая была не менее коммунистической, чем они, но Гдуд Авода и а-Шомер а-Цаир в то время придерживались сионистской ориентации и, в основном, отличались от PKP тем, что не были порабощены политически и ментально и подчинены Москве.
В Москве колебались в то время у кого есть больший революционный потенциал, который сможет с большей пользой воевать против "британского империализма". Некоторые полагали, что евреи здесь, состоявшие в значительной степени из эмигрантов, носителей "красного вируса", будут воевать лучше. Можно предположить, что беспорядки 1920 и 1921 годов убедили Коминтерн возложить свои упования на арабов. Роль коммунистов с того времени – подстрекать арабов с помощью натравливания их против евреев – чтобы мобилизовать потом на борьбу против англичан. (прим.перев. – как говорили большевики: "Еврейская кровь смазывает колеса революции". Т.е. угнетенные массы забиты, они осмелеют, убивая евреев, потом их можно будет направить против режима)
Конец известен. Пока сами евреи не прошли антибританскую радикализацию, подстрекательство и насилие против них лишь служили "британскому империализму". Москва первой поняла это – к концу Второй мировой войны. Но в начале 30-х годов физическое уничтожение еврейского ишува, желательно с помощью изгнания евреев, все еще считался реальной целью. Коммунисты здесь пытались показать личный пример путем реализации их "плана Уганды" – эмиграция в Биробиджан, сибирскую провинцию, предназначенную Советами служить Родиной для евреев. Об этом шаге они сообщили общественности с помощью воззвания от 17.09.1932: (прим.перев. - полностью выдержан стиль воззвания)

"Рабочим и труженикам Палештины
Почему мы покидаем Палештину и едем селиться в Биробиджан? Мы, первая рота эмигрантов в Биробиджан, считаем своим долгом накануне отъезда в Советский Союз… объяснить причины, побудившие нас оставить эту страну, в которой мы провели годы и на каторжных работах принесли в жертву свои юные годы интересам чуждых классов – и ехать в Биробиджан.
Мы оставляем страну не только потому, что сионизм не в состоянии предоставить решение проблемы еврейских масс,… но и из-за того, что сионизм, начиная с ревизионистской черной сотни и кончая "радикалами" Поалей Цион и а-Шомер а-Цаир, - это черная реакционная сила. Тесно связанная с мировой колонизаторской реакцией.
… Опыт нескольких лет в палештинской действительности раскрыл перед нами настоящее лицо сионизма и его захватническую сущность, показал нам сионизм как активного борца против освободительных устремлений арабских тружеников. Именем "социалистических" сионистских идеалов превратился еврейский рабочий в оккупанта и царского казака, в оружие трудовых масс, и от их имени стал еврейский ишув обслуживать иностранную власть. Это лишь углубляет пропасть между арабским и еврейским рабочим. … Это преступление соответствует реакционной сущности сионизма и всем мошенническим действиям, благодаря которым сионизм существует. Можно ли освободить миллионы еврейских тружеников с помощью штыков? … Каждый честный рабочий с настоящим классовым сознанием скажет: нет! Этот ответ является нашей причиной эмиграции в СССР – государство, в котором решен национальный вопрос для более ста трудящихся народов, государство, против которого ведется подстрекательство со стороны ненавистников рабочего класса, в первых рядах которых – сионизм. Государство, к которому с восторгом направлены глаза всех трудящихся в мире.
Мы едем в Биробиджан, поскольку наша большая вера в помощь 160 миллионов братьев-рабочих и правительство рабочих дадут нам реализовать концентрацию и продуктивизацию широких слоев еврейских масс на базе построения социалистической родины.
Не оружие в руках "наших" буржуев, а строители социалистического общества и территориальной социалистической единицы еврейских рабочих. Не захватчиками и казаками-колонизаторами на чужой земле будем, а тружениками, которые вместе с миллионами товарищей по классу участвуют в социалистическом строительстве…
Первые роты едут в Биробиджан. Ответственный: Штейфельман Зеэв"

Пишет об этой истории тот же "Копировальщик" из 1950-го года: "К чести еврейских коммунистов можно сказать, что они своими телами выполнили решение об изгнании евреев из Эрец Исраэль, чтобы проложить путь арабской республике. (прим.перев. – вот бы нынешние радетели за палестинское государство поступили бы так) В 1932г. мы услышали о "первых еврейских ротах, едущих в Биробиджан", веря, что смогут "реализовать концентрацию и продуктивизацию еврейских масс" (интересно: нацисты использовали идею и прецедент, чтобы обмануть евреев во время "депортации на восток"? Еврейские коммунисты по своей воле впихнули себя в своего рода концлагерь, а нацисты депортировали туда евреев – А.Л.) Первые роты были и последними. Уехавшие не только не создали место для приема масс, но и следы их самих сгинули. Другие не рискнули попытать такого "счастья".
Еврейские террористы
Настоящий фанатизм компартии проявился в отношении к обычному событию, в котором тяжело найти "эксплуатацию", "несправедливость" или какое-либо преступное действие – "Ад-де-ло-яда" (Пуримский карнавал) в Тель-Авиве в 1934г. PKP гневно осудила наивное пуримское торжество и обличили еврейских рабочих за их радость:

"Сионистские грабители и колонизаторы уже объявили о "народном торжестве – "Пуримиаде". Уже полны и шумны улицы Тель-Авива. Чему так радуются сионистские соколы? Может, тому, что Гитлер замучил голодом и страданиями миллионы рабочих и держит сотни тысяч революционеров и рабочих-борцов в лагерях и тюрьмах, отрывает головы и убивает десятки и сотни рабочих?.. (прим.перев. – через 5 лет Сталин и Гитлер заключат военный союз и нацисты станут друзьями всех партий, входящих в Коминтерн, еще через 2 года Германии нападет на СССР – коммунисты станут врагами национал-социалистов) Может, радуются сионисты ("единственные, заботящиеся обо всех евреях"), что фашисты ведут войну на уничтожение против трудящихся и массово изгоняют из мест проживания?
Да, конечно, именно поэтому радуются сионисты. Сионизм находится теперь в "периоде конъюктуры". Он не мечтал о лучших партнерах, чем Гитлер, Дольфус (прим.перев. – речь идет о лидере австрийской христианско-социальной партии, ставшем канцлером Австрии в 1932г., заключил союз с Италией, опасаясь Германии, начал гонения на социалистов: распустил австрийскую социал-демократическую партию и поставил вне закона национал-социалистскую (нацистскую) партию, в 1933г. распустил парламент и правил с помощью указов, в начале 1934г. жестоко подавил мятеж, организованный социал-демократами, в середине 1934г. погиб во время нацистского мятежа) и другие фашисты – палачи еврейских рабочих. Да, когда пришла тьма в мир, стоны преследуемых угнетенных еврейских рабочих стали светом на сионистской улице. (прим.перев. – т.е. подъем антисемитизма в Европе увеличил репатриацию, сионисты радуются увеличению репатриации – коммунисты обвиняют их, что они радуются антисемитизму)
… Но вы, еврейские рабочие, как сможете участвовать в этой радости? Дадите ли вы увлечь себя Пуримскими маскарадами? Неужели вы не понимаете, что этот "национальный праздник" подготовлен специально, чтобы вы забыли борьбу во всем мире между угнетенным человечеством и угнетателями? Неужели вы не чувствуете, что объединение в Пуримском веселье и Пурим-шпилях с обжирающимися буржуями – это низменная попытка усыпить вас в то время, когда во всем мире просыпается революционная энергия и готовится к битве?
Еврейские рабочие! Счастливы сионисты – худшие ненавистники, соучастники британского империализма, колониалисты на земле бедных феллахов, сионистские ястребы различных оттенков – все они готовятся устроить дикое веселье на улицах Тель-Авива. Близится мировая война, фашизм несет смерть и порабощение – это интересует сионистов? Наоборот – опьянить рабочих, не дать проснуться их совести… увеличить алию, усилить грабеж земли, еще больше обмануть еврейских рабочих в Германии, Польше, Румынии и других странах (прим.перев. – то есть странах, из которых бежали в Эрец Исраэль евреи, спасаясь от преследований), продолжать кровавую сионистскую авантюру – это цель, для которой им нужны карнавалы и Пурим-шпили.
Брезгливо отвернитесь от лживых "народных праздников". Оставьте это сынкам и дочкам богатых сионистов, не дайте затащить себя в болото реакционных, глупых, унизительных преходящих игр".
Тот, кто читает эти политические тексты, обладающие голосом жестяного мусорного ящика, сразу видит, что пропагандистские термины, которыми пользовались коммунисты в 20-30 годах, прошли с тех пор "академический гиюр". "Колонизаторская реакция", разумеется, превратилась в колониализм для нужд делегитимации в наши дни, но суть коммунистической деятельности осталась прежней.
Через 2 года – в 1936г. – присоединились активисты PKP к арабскому террору, призывали к прекращению репатриации (прим.перев. – когда в Европе усиливался нацизм) и заселению Земли Израиля и обвиняли сионистов в войне на уничтожение против арабского народа. Для "подъема морали" в их рядах они раскрыли в одной из своих публикаций ("а-Ор" от 7 июля 1936г.), что евреи-члены компартии провели три теракта, внеся вклад в военные усилия против сионизма: "Бомба в Бейт а-Поалим (здание профсоюза) в Хайфе была брошена членом PKP по приказу ЦК партии. Мины на выставке в Тель-Авиве были заложены по приказу PKP. Мины на улицах РАМБАМ и Геула в Хайфе были заложены также по приказу ЦК".
Университетская банда
Период арабских беспорядков (1929, 1936-39 годы), как и период Второй мировой войны, привели к тому, что часть членов отдалились от компартии. У части это было полное размежевание, у других – начало нового идеологического мышления, которое пыталось создать синтез с неожиданно проснувшимися еврейскими чувствами – в противоречии с тезисами руководителей партии.
В конце 1939г. поехали посланцы Центрального комитета PKP выяснить, что происходит в Иерусалимском отделении, где были помечены, по крайней мере, два "бунтаря" – Этингер и Абрамский – позже ставшие профессорами университета в Иерусалиме. Основной спор был вокруг понимания начавшейся войны. В глазах партии это была империалистическая война, в которой англичане и французы – плохие, а Гитлер – как известно, партнер по соглашению Риббентроп-Молотов. Напротив, Этингер и Абрамский неожиданно твердо стояли на своем мнении, что Гитлер и Чемберлен одинаково виноваты в развязывании войны. "Но в плакате компартии обвиняются только Чемберлен и Даладье и говорится, что Гитлер – агент Сталина и надо делать все, что Сталин говорит, - цитируются их слова в протоколе выяснения в Иерусалимском отделении партии. Члены горкома даже обнаглели и осмелились назвать арабских погромщиков 1936-39 годов – "фашистским движением". Вследствие этого горком был распущен, и это, видно, было началом "движения еврейских коммунистов", которое вышло из партии в середине 40-х годов.
В том же протоколе стоял вопрос "Какова должна быть работа на еврейской улице". И разъяснил представитель Иерусалимской ячейки: "Задача наших арабских товарищей – разбить сионистов, а задача еврейских товарищей – ослабить изнутри". В тот период вышла внутренняя инструкция коммунистов по подпольной политической работе. Иерусалимские товарищи действовали в соответствии с этой инструкцией под названием "Легальная деятельность и метод троянского коня". То есть проникновение в законные организации для тайной подрывной деятельности в них. Но в 1939г. сообщил ЦК о своем несогласии с методом работы в легальных организациях, они опасались, что "троянские кони" сами будут подвержены влиянию и станут сионистами. "Задачи, которые поставил ЦК перед нашими товарищами, работающими легально на еврейской улице, - следующие: Действовать для разрушения этих организаций путем подстрекательства масс против руководства. Надо использовать лозунги анти-сионистской войны в легальных организациях. Наша задача – разрушить сионизм".
В Иерусалиме успешно действовал метод "троянского коня" по внедрению в учреждения, который оставил след до сегодняшнего дня. Центрами внедрения были Академия искусства "Бецалель" и университет. То, что в прошлом пренебрежительно называлось "салон коммунизма", с течением времени доказало себя как самый действенный метод войны против демократических обществ. Документ от марта 1941г., источник которого не идентифицирован, но, видно, это отчет ШАЙ (шерут йедиот шель Хагана – информационная служба Хаганы), описывает то, что происходит в Иерусалимском университете.
"После 6 недель работы на исследовательском поле в связи с движением в Иерусалиме я пришел к следующим выводам", - пишет исследователь. – "Круг интеллектуалов – существует коммунистическая салонная ячейка среди высших кругов интеллигенции в Иерусалиме. Они находятся в Лиге еврейско-арабского сотрудничества и в других организациях. Нужно различать между различными людьми в этих кругах. Так, например, существует разница между Биньямином и Клорисским и между Магнесом и Бергманом и между Ави Шаулем и Гершомом Шаломом и т.д. По моему мнению, первые – это люди, которые потеряли влияние в еврейском обществе и ищут другой круг влияния, в то же время они оба – салонные коммунисты в полном понимании этого слова (видно, составитель документа подразумевает переводчика Ави Шауля, который был известен как коммунист, и Гершома Шалома – А.Л.) Третий круг и часть студентов – это идеологические коммунисты и активисты партии, и как видно, есть организационная связь между ними, потому что чувствуется моральная поддержка и взаимопомощь. Так студенты всеми силами поддерживали коммуниста Акиву Эрнеста Симона в качестве кандидата в педагогический институт при университете, и также поддерживал Симон, вызывая удивление, Шмуэля Этингера, который был принят в институт, несмотря на возражение руководства. Также прибыли Чернович, Этингер (известные коммунисты, но замаскированные в тот период – А.Л.) и их товарищи на политический диспут, организованный блоком, где выступал Симон. После того, как ему было доказано, что его выводы похожи на выводы конференции PKP, прошедшей несколько месяцев до этого, Симон разгневался, разразился криками, что хоть он принимает это, но решительно противится этой идентификации. Чернович и Этингер активно вмешались и крутились вокруг Симона до конца дискуссии. После всего, что мы видели, надо полагать, что есть и организационная связь между ними".
Согласно отчету, Симон, видно, был из группы идеологических коммунистов, в тот период еще не вступивших в партию. Многие гуманитарии приблизились к коммунистическим кругам или к а-Шомер а-Цаир через подставные организации в период, когда Советский Союз нес основную тяжесть борьбы с нацизмом. Как сказал писатель Авигдор а-Меири на "собрании дружбы с Советским Союзом" в 1942г.: "Я не только отказался бы от иврита, но и отдал бы всю Тору ради победы Советского Союза".
Свидетель, молчавший 7 лет
С того момента, как Гитлер был признан врагом, решили коммунисты, что арабские беспорядки 1936-39 годов не были революционным антиимпериалистическим восстанием, более того – арабское движение является фашистским (в наши дни радикалы вернулись к предыдущей коммунистической версии, согласно которой муфтий антиеврейским террором вел освободительную войну). Еврейские члены компартии были огорчены тем фактом, что арабы-коммунисты из раскалывающейся партии склоняются в сторону нацистской Германии. Сами они сдвинулись к почти сионистской позиции, этому помогло то, что с конца 1944г. Сталин поддерживал создание еврейского государства. Организация ЛЕХИ подровняла линию справа, а Моше Снэ из Хаганы и коммунисты – слева.
После речи Громыко в ООН в мае 1947г., в которой он выразил поддержку созданию еврейского государства, стали еврейские коммунисты частью национальных усилий. Арабские коммунисты, напротив, сосредоточились в Лиге национального освобождения, которая, разумеется, отрицала новую линию. Группа еврейских коммунистов, вышедшая из PKP, в определенной мере была даже более активистской в отношении к войне, чем Бен-Гурион и МАПАЙ.
1948-й год был своего рода торжеством возвращения блудных сыновей. Секретарь партии Меир Вильнер был среди подписавших Декларацию Независимости. Москва признала антиимпериалистическую услугу, которую еврейский ишув может предоставить ей. Волна была просоветской. И вдова Сёмы Миронянского, Клара, почувствовала, что это подходящее время потребовать, чтобы юридические органы возродившегося еврейского государства расследовали заново историю смерти ее мужа и вышвырнули подозреваемых в его убийстве из рядов полиции. Ощущение было, что коммунисты, отверженные в прошлом, могут, наконец-то, разделить их чувство жертвы с обществом, и чувство катарсиса и сближение еврейских сердец залечат раны прошлого.
Это горячая картофелина прикатилась к первому юридическому советнику правительства Якову Шимшону Шапира. 27 сентября 1948г. получил юридический советник жалобу от адвоката Клары Миронянской об убийстве ее мужа за 7 лет до этого. Ш.Софер из отдела расследований начал следствие. Среди вызванных были 4 офицера полиции, которых подозревали, что они избили до смерти Сему Миронянского в июле 1941г.
После того, как выслушал различные свидетельства, юр.советник выразил сомнение в том, что Сёма был убит полицейскими: "13 из 14 свидетелей не сказали ничего, что могло бы бросить какое-то обвинение на кого-либо из офицеров. Только один – Михаэль Коэн – свидетельствовал против них, и его свидетельство было единственным материалом против них. Коэн рассказал, что летом 1941г., когда он был полицейским и служил секретарем бюро расследований в Яффо, он видел четырех офицеров, участвующих в избиении Сёмы Миронянского дубинками и кастетами, вследствие этого избиения он умер".
Юр. советник Шапира отметил, что свидетель молчал 7 лет, и "рассказал в первый раз, когда пришел давать показания в свою защиту в суде, в котором обвинялся в убийстве своей жены, был в итоге признан виновным и получил 15 лет заключения". Все же, "из-за общественного волнения, возникшего из-за подозрений, что покрывают полицию", решил юр.советник создать комиссию по расследованию.
"Пусть не бьют его чересчур"
Заседания комиссии проходили в Тель-Авиве, когда снаружи бушевала Война за Независимость. Михаэль Бен Йегуда Коэн, свидетель, отбывавший наказание за убийство жены, рассказал: "Был еще спор: я видел грубость и жестокость этих людей; арестовали еврея, якобы коммуниста, и хладнокровно забили его до смерти тупыми орудиями, я видел, как он упал на землю. Били его Бен-Эфраим, Шамай, Штейнберг, Голбин и другие. Те, чьи имена я назвал, были основными. Того человека звали Сёма Мироманский. Это было в начале войны. Так преследовали тогда коммунистов. Это было в офисе CID в Яффо. Я сказал, что только убийцы могут сделать такое. Я не сообщил ген.прокурору. Все эти офицеры работали в Яффо, кроме Бен-Эфраима, который сопровождал арестованного из Тель-Авива в Яффо".
Перед окончанием одного из свидетельств передал один из членов комиссии записку своему товарищу: "Дорогой Нир, физические силы сидения ограничены еще 5 минутами. Я надеюсь, что он кончит – иначе буден вынужден попросить перерыв. Ш."
В отчете Софера из отдела расследований написано, что свидетель Михаэль Коэн не узнал фотографию Сёмы на освидетельствовании. В отчете полиции указано, что Элиягу Гужански (тесть Тамар Гужански) свидетельствовал, что "должен был встретить Сёму Миронянского после встречи в Бейт Арлозоров, получить результаты встречи. Сёма не пришел в назначенное время. Стало известно Элиягу, что были аресты на Нахмани, 48… Вследствие своих расследований пришли к выводу, что Сёма был арестован и убит полицией… У Гужански нет никаких обоснованных доказательств… кроме предположений".
Офицер Рам Люстиг сказал комиссии по расследованию, что слышал от следователся Шауки Саада Бея, который был назначен британской полицией расследовать историю Миронянского, что Клара Миронянски сказала, что в течение нескольких недель до этого он не был дома.
И тогда появился офицер полиции Шломо Розенштейн, посланный Шауки расследовать нескольких свидетелей для отчета, составленного после убийства, осенью 1941г. "… и я знал, что это было внутри оффиса CID, но я не хотел совать свой нос", - сказал Розенштейн в свидетельстве перед комиссией 3.01.1949. "Зачем мне все это. Он был убит в CID, не был убит гна улице… Я допросил людей, которые были в списке. С Вилькина (известный своей жестокостью английский офицер британской политической охранки - прим.перев. ) не снял свидетельских показаний, только говорил с ним, потому что он был ответственным за этот политический отдел (передал Шауки Бею, что подготовил "секретный отчет")… Из моего разговора с Вилькином я ничего не записал, потому что он не хотел давать мне свидетельских показаний… Свидетели, которых я допрашивал отрицали, что видели Сёму, отрицали, что били, отрицали все, отрицали, что был арестован такой человек… Вилькин сказал мне: я сказал им, чтобы не били чересчур. Видно, убили его на месте и он не остался в живых… Я не знаю, что он подразумевал, говоря "я сказал им, чтобы не били чересчур". Он сказал, что бросили Миронянского в море за Бат-Ямом. Я спросил и он сказал мне так. Его труп бросили в море за Бат-Ямом".
"Я слышал, что Штейнберг бил коммунистов", - сломал Розенштейн заговор молчания. Я прошу, чтобы меня не заставляли отвечать бил ли он в моем присутствии… Я много раз слышал крики… Если бы били людей ЛЕХИ или ЭЦЕЛя, то получили бы пулю. И боялись их. Возможно, что взяли Сёму Миронянского прямо в Яффо, чтобы не было известно, что он арестован. Я не знаю, каково было мнение Шауки Саада в отношении выбрасывания трупа в море, я не знаю, знал ли он. Я полагаю, что знал, как я".
Ужасающая тайна
Примерно через месяц закончился медовый месяц между Израилем и коммунистической партией. В то время, как государство упрочивалось, начался "длинный поход" коммунистов в Эрец за делегитимацию страны. Вначале как оппозиция, на службе советской империи, которая вела крайне антисемитскую кампанию. Вильнер, Микунис. Тауфик Буби и другие игнорировали все признаки, свидетельствовавшие, что Сталин намеревается завершить работу Гитлера по уничтожению евреев. В продолжение в 1958г. требовал Туби, чтобы партия вернулась к действиям по уничтожению государства Израиль.
Яир Цабан в своей лекции в этом году на конференции в Тель-Авивском университете в связи с 90-летием компартии в Эрец "бросил бомбу". "…Стала известной мне ужасающая тайна, потрясшая меня до глубины души: на совершенно секретном заседании ЦК, продолжавшемся несколько дней и проходившем в частных домах, предложил Тауфик Туби проверить у Советов не надо ли видеть в заявлении Громыко от мая 1947г. ошибку сталинистской политики, которая привела к несправедливости по отношению к палестинскому народу и надо отказаться от этого заявления. За год до этого был осужден Сталин Хрущевым и поэтому, полагал Туби, есть база для этого требования. Потрясение было таким тяжелым, потому что Тауфик Туби представлял в наших глазах арабского левого, выдержавшего самый тяжелый экзамен для арабского интернационалиста, когда в 1948г. Поддержал предложение о разделе на два государства и против арабского вторжения, затем проголосовал за Закон о Возвращении. И вот именно он предлагает эту лунатическую идею".
И закончил Цабан: "Во время очень напряженного заседания ЦК МАКИ разделились товарищи по чисто национальному признаку: все еврейские товарищи были против предложения, все арабские товарищи поддержали его. Это был не единственный такой эпизод".
Он ошибся в одном: идея Туби не была сомнамбулической. В значительной степени она была реализована с помощью коммунистов и их помощников в центрах управления коллективным сознанием израильского общества. В 2001г., через несколько месяцев после вспышки последней интифады, опубликовала Нери Ливна огромную статью в приложении газеты "Гаарец" о том, что казалось тогда как отступление пост-сионизма из-за террора. Проф. Шломо Занд заявил ей, что нет никакого изменения. Он как руководитель шести докторантов гарантирует Ливна, что все 6 выйдут пост-сионистами. Надо полагать, что у каждого из шести докторантов Занда есть сейчас 6 анти-сионистских докторантов.
Монументальная книга Шмуэля Дотана "Красные" была "сбита с орбиты" полным замалчиванием в СМИ. Дотан послал письмо двум высокопоставленным сотрудникам редакции "Гаарец". "Вопрос, который следует задать, почему избрало литературное приложение газеты направить предыдущую книгу на рецензию Моше Циммерману (ультра-левый "историк", в Тель-Авивском университете числится "специалистом по Германии" – прим.перев. ), который несколько раз в последние годы затушевывал в своих выступлениях в СМИ смысл нео-нацистских действий в Германии", - писал Дотан в 1994г. "Возможно, есть связь между решением передать ему книгу на рецензию, а также десятками других подобных решений, и фактом, что приложение отказалось опубликовать рецензию на мою третью книгу "Красные"… Возможно, отказ вызван тем, что в моей книге я вскрыл ужасную ненависть радикальных левых к сионизму. Надо отметить, что в этой книге упомянуты десять членов компартии, ставших историками. Также упомянуты несколько сотен репатриантов из Германии, часть которых привели к самой тяжелой анти-сионистской войне".
Дотан также привел современный пример употребляемого коммунистами сравнения нацизма и сионизма, использовавшегося в израильских в СМИ в период, когда было написано письмо. Он подытожил: "Внутренняя борьба в Израиле не только между партиями и вокруг таких важных вопросов, как будущее наших отношений с арабами, будущее территорий и т.д. Это борьба между усиливающимися анти-сионистами и сионистами, которые все еще в большинстве, но их статус слабеет с каждым годом".

(Автор выражает благодарность Шифре Дотан, Ави Шанибауму и Давиду Мерхаву за помощь документами для написания статьи).

Перевел Моше Борухович, МАОФ

разрушить усе

разрушить сионизм
В час пополудни в понедельник 7 июля 1941г вышел из своего дома товарищ Сёма Миронянский, секретарь Тель-Авивского отделения коммунистической партии (PKP – палестинской компартии), и не вернулся. Вот его описание: он был одет в шорты цвета хаки, был в очках. Он был по пути на встречу с партийным руководством на ул.Нахмани, 48. Британская полиция устроила в тот день засаду членам руководства компартии и арестовала их всех. Среди арестованных были арабский руководитель партии Радуан аль-Хилу по кличке "Муса", Шмуэль Микунис, Симха Цабари и другие представители партийного руководства. Аресты произвели еврейские полицейские британской полиции во главе с Ицхаком Штейнбергом, ответственным в британской CID за борьбу с коммунистами. В полиции не нашли никаких записей, свидетельствующих об аресте Сёмы, но его исчезновение именно в тот день и по пути на встречу – доказательство того, что то, что случилось, связано с арестом.
В следующие недели представила партия его исчезновение с помощью листовок следующего содержания:

"Всей общественности в Палештине!
…С момента своего ареста исчез товарищ Сёма, пропали его следы. Полиция утверждает, что ей ничего не известно о нем. … Мы обвиняем британскую полицию в Тель-Авиве, что она осуществила презренное убийство, замучив пытками товарища Сёму, и скрыла его тело.
Пытки жестокими избиениями, с обожжением стоп ног, угрозами изнасилования и убийства коммунистов, убийство товарища Яэль Гарзон в тюрьме в Бейт-Лехеме, убийство тысяч арабских борцов за свободу – это методы полиции Палештины.
Последнее убийство честного рабочего-коммуниста методом нацистских убийц осуществлено полицией Палештины в тот момент, когда массы во всем мире сосредотачиваются вокруг коммунистической партии – авангарда в оборонительной войне за Советский Союз и за уничтожение фашизма". (прим.перев.- именно Палештина, а не Эрец Исраэль писали коммунисты).

Последняя, кто видел Сёму живым, была товарищ Дова Йоффе. В своем свидетельстве через более, чем 7 лет, она рассказывала: "(В тот день) у меня была встреча с Сёмой на углу улиц а-Шофтим и Гидеона возле киоска у Центральной поликлиники купат-холим, (встреча) организованная ранее товарищами. Я прибыла туда без четверти 4, как было назначено ранее. Я села и заказала минеральную. Через мгновение прибыл Сёма и сел возле меня. Он тоже заказал стакан минеральной.
Я рассказала ему о случае обыска меня несколько дней назад, о котором Сёма не знал. Разговор между нами продолжался не более 5 минут, потому что Сёма спешил и сказал мне, что у него встреча с Симхой (Цабари) в 4 часа. Сёма встал и пошел по улице а-Шофтим в направлении бульвара ХЕН. Я сказала ему, что иду на 12-й автобус в том же направлении. Сёма ответил мне, что и он едет 12-м автобусом. Мы подошли к остановке и через минуту подошел автобус номер 12. Сёма и я вошли в автобус. В автобусе мы сели отдельно. Я ехала до конца линии – угол улиц Алленби и Йегуда а-Леви, а Сёма вышел на одну-две остановки до меня. Больше я не видела Сёму".
Никого не интересующие арестованные
Смерть Сёмы Миронянского, как видно, вследствие побоев полицейских, отражает мощь ненависти, которую вызывали коммунисты у общества – ненависти, которая усилилась после пакта и установления официального военного союза между Сталиным и Гитлером в августе 1939г. – формально "договор о ненападении", который подписали министры иностранных дел Риббентроп и Молотов, договор, предусматриваший раздел ряда стран и сфер влияния, подкрепленный через два месяца "Договором о мире и дружбе". Коммунисты здесь были фанатичными, жестокими в своем грубом подстрекательстве – и при этом несчастными прокаженными, отверженными обществом, вызывавшими жалость. Полицейский офицер, свидетельствовавший спустя годы об этом деле, рассказал, что обычно называл арестованных коммунистов "сиротами". У арестованных бойцов ЛЕХИ и ЭЦЕЛя была грозная поддержка за стенами тюрьмы, и тот, кто рисковал ударить их на допросе или в тюрьме, рисковал полчить пулю позже. Не так с коммунистами.
Исследователь – член Хаганы – издавший в июне 1942г. сборник под псевдонимом "Приносящий в типографию", описал политический фон арестов: "Летом 1941г. произвела полиция массовые аресты верхушки (компартии)… и смогла схватить арабского секретаря (Радуан аль-Хилу) и его еврейского помощника (Шмуэль Микунис). Пропаганда коммунистов за "немедленный мир" с Гитлером и их призыв не помогать Англии в ее империалистической войне привели к тому, что члены PKP (палестинской компартии) были обвинены как "пятая колонна".
Трагическая ирония состоит в том, что Сёма умер через две недели после гитлеровского вторжения в Советский Союз. Это был исторический момент, в который коммунисты сделали самый большой идеологический "флик-флак" за всю историю – стирание прошлого Гитлера как союзника и превращение в самого большого врага коммунистического движения.
Вскоре Советский Союз вступил в антигитлеровскую коалицию и английские власти изменили отношение к коммунистам. Коммунистам же понадобилось еще некоторое время, чтобы усвоить, что британские империалисты – теперь союзники. Лишь за несколько месяцев до этого выражали коммунисты поддержку бунту Рашида аль-Килани против англичан в Ираке. В то время, как сотни евреев были убиты во время погрома, а их имущество разграблено, представители компартии здесь выражали поддержку антиимпериалистическому, пронацистскому бунту. (см. http://maof.rjews.net/history/18-history/20371--)
Документы, выдающие истинное прошлое коммунистической партии в Эрец Исраэль, желтеют и потрескиваются. Ее последовательность и преданность идее символизируют события празднования ее 90-летия. У какой партии есть такая преемственность? Кто-нибудь помнит, когда была создана МАПАЙ? Является ли вообще партия Авода преемницей МАПАЙ?
В современном Израиле представляется коммунистическая партия "партией мира", "партией зеленых (борцов за окружающую среду", поддерживающей права человека и трудящегося. Но идейная последовательность от создания PKP в 1919г. и до сегодняшнего дня учит, что речь идет о попытке создать антисионизм "с человеческим лицом" – вроде социализма "с человеческим лицом", который пытались создать в Чехословакии в 1968г., которому тогда израильские коммунисты противились всей силой. Также Тамар Гужански (депутат Кнессета от компартии) была среди противников горбачевской перестройки и поддержала попытку нео-сталинистского путча (ГКЧП) в августе 1991г.
Ода погромам
О преданности коммунистов их идеям рассказывает изданный в 1950 году сборник документов, касающихся PKP. "Часто обвиняют коммунистическую партию в Эрец Исраэль в непоследовательности в ее принципах и позиции", - пишет редактор, на этот раз скрывающийся под псевдонимом "Копировальщик". – "Нам кажется, что эти обвинения несправедливы. Ведь немногие партии вложили так много энергии и фанатизма в "реализацию идеи", как это сделала коммунистическая партия в здесь в ее различных и многих перевоплощениях". Коммунистическая партия в Эрец Исраэль преуспела на протяжении почти на протяжении всех лет ее существования не смешивать между меняющейся личиной и постоянной целью. Личина и ухищрения менялись – в зависимости от времени и обстоятельств. А цель оставалась без изменений и вне ревизии – "война против эксплуататорского преступного сионизма".
Этот сборник плакатов служит свидетельством пути коммунистической партии в Эрец. Плакаты свидетельствуют об их создателях и не нуждаются в комментариях. В 1923г. подстрекают против лозунга "еврейский труд", в 1924г. подстрекают арабов силой захватить земли Афулы из рук евреев, в 1928г. несут лозунг независимости "арабского палештинского народа", а в 1929 называют кровавые погромы, устроенные арабами, - национально-социальной освободительной войной арабских рабочих и крестьян! Тот год – 1929-й – особенно очаровал коммунистическую партию. Дважды, трижды, четырежды на иврите и арабском – в основном, на арабском – они возвращаются к "выдающемуся событию" – "началу арабской пролетарской революции" (погромы 1929!) и поют ей оду, полную тайной истомы и скрытных томлений. (прим.перев. – есть свидетельства, что PKP не только подстрекала, но и поставляла арабам оружие. Но в том же 1929г. случился прокол – прячась в подвале от арабского погрома, в перепуге руководители компартии выпустили листовку, осуждающие погромы, организуемые арабами. Всю вершушку отозвали в Москву, где почти всех расстреляли. Единственный уцелевший потом был одним из руководителей Красной капеллы – советской разведсети в Германии. Новым руководителем был назначен Иосиф Бергер-Барзилай (Исаак Железняк), который через несколько лет также был отозван в Москву и с 1935 по 1956 годы провел в сталинских лагерях. С кадрами у компартии в Эрец всегда было туго, даже самые проверенные и закаленные портились тут – климат что ли?)
Разумеется, непросто и нелегко было появляться перед евреями, репатриировавшимися в Эрец Исраль (не для того, чтобы строить "Союз арабских республик") с таким идеологическим багажом. Три языка, на которых писались плакаты и воззвания, не раз выручали составителей. На иврите и на идише призывали к классовой борьбе (сионисты включались во враждебные классы), а по-арабски гораздо все проще – война (в полном смысле слова, с огнестрельным оружием) против англичан и сионистов до их полного изгнания. С изменением коньюктуры поспешила PKP исчезнуть с горизонта и вместо нее появилась МАКИ (мифлага коммунистит исраэлит – израильская компартия – название уже на иврите). Было ли еще изменение, кроме названия?
Почти все наследие PKP перешло к МАКИ. И она видит свое существование только в пробивании брешей в стене. Что же тогда изменилось? По правде говоря, очень мало. Вместо Коминтерна пришел ком-информ и вместо PKP – МАКИ. Если через годы выйдет еще сборник плакатов и воззваний МАКИ, мы вновь придем к тому же выводу, к какому мы приходим с выходом этого сборника. Среди нас находится чужое и враждебное тело, чье существование поколебалось на некоторое время с появлением "временного катаклизма" под названием государство Израиль, и теперь компартия пытается прийти в себя и продолжать давить идейные и моральные ценности, чтобы выполнить разрушительные указания, поступающие издалека".
Этот поразительный документ я нашел в архиве наследия писателя Шмуэля Дотана (З"Л). На картонной обложке есть идентификационный архивный номер, но нет идентификации организации, для которой был составлен этот сборник плакатов. Можно предположить, что речь идет об организации, которая видела в коммунистах объект слежки. Уровень формулировок в предисловии говорит о знающем исследователе, но это не академический документ.
Всемирная колонизаторская реакция
Было ли ясно с самого начала коммунистической деятельности в Эрец, что они возьмут на себя роль "чужого и враждебного тела"? В свое время я прочитал докторскую диссертацию израильского исследователя в США в середине 70-х (Ран Маром, Джорджтаунский университет, 1975г.), из которой можно понять, что в первые годы PKP колебалась. Ее люди действовали в среде, которая была не менее коммунистической, чем они, но Гдуд Авода и а-Шомер а-Цаир в то время придерживались сионистской ориентации и, в основном, отличались от PKP тем, что не были порабощены политически и ментально и подчинены Москве.
В Москве колебались в то время у кого есть больший революционный потенциал, который сможет с большей пользой воевать против "британского империализма". Некоторые полагали, что евреи здесь, состоявшие в значительной степени из эмигрантов, носителей "красного вируса", будут воевать лучше. Можно предположить, что беспорядки 1920 и 1921 годов убедили Коминтерн возложить свои упования на арабов. Роль коммунистов с того времени – подстрекать арабов с помощью натравливания их против евреев – чтобы мобилизовать потом на борьбу против англичан. (прим.перев. – как говорили большевики: "Еврейская кровь смазывает колеса революции". Т.е. угнетенные массы забиты, они осмелеют, убивая евреев, потом их можно будет направить против режима)
Конец известен. Пока сами евреи не прошли антибританскую радикализацию, подстрекательство и насилие против них лишь служили "британскому империализму". Москва первой поняла это – к концу Второй мировой войны. Но в начале 30-х годов физическое уничтожение еврейского ишува, желательно с помощью изгнания евреев, все еще считался реальной целью. Коммунисты здесь пытались показать личный пример путем реализации их "плана Уганды" – эмиграция в Биробиджан, сибирскую провинцию, предназначенную Советами служить Родиной для евреев. Об этом шаге они сообщили общественности с помощью воззвания от 17.09.1932: (прим.перев. - полностью выдержан стиль воззвания)

"Рабочим и труженикам Палештины
Почему мы покидаем Палештину и едем селиться в Биробиджан? Мы, первая рота эмигрантов в Биробиджан, считаем своим долгом накануне отъезда в Советский Союз… объяснить причины, побудившие нас оставить эту страну, в которой мы провели годы и на каторжных работах принесли в жертву свои юные годы интересам чуждых классов – и ехать в Биробиджан.
Мы оставляем страну не только потому, что сионизм не в состоянии предоставить решение проблемы еврейских масс,… но и из-за того, что сионизм, начиная с ревизионистской черной сотни и кончая "радикалами" Поалей Цион и а-Шомер а-Цаир, - это черная реакционная сила. Тесно связанная с мировой колонизаторской реакцией.
… Опыт нескольких лет в палештинской действительности раскрыл перед нами настоящее лицо сионизма и его захватническую сущность, показал нам сионизм как активного борца против освободительных устремлений арабских тружеников. Именем "социалистических" сионистских идеалов превратился еврейский рабочий в оккупанта и царского казака, в оружие трудовых масс, и от их имени стал еврейский ишув обслуживать иностранную власть. Это лишь углубляет пропасть между арабским и еврейским рабочим. … Это преступление соответствует реакционной сущности сионизма и всем мошенническим действиям, благодаря которым сионизм существует. Можно ли освободить миллионы еврейских тружеников с помощью штыков? … Каждый честный рабочий с настоящим классовым сознанием скажет: нет! Этот ответ является нашей причиной эмиграции в СССР – государство, в котором решен национальный вопрос для более ста трудящихся народов, государство, против которого ведется подстрекательство со стороны ненавистников рабочего класса, в первых рядах которых – сионизм. Государство, к которому с восторгом направлены глаза всех трудящихся в мире.
Мы едем в Биробиджан, поскольку наша большая вера в помощь 160 миллионов братьев-рабочих и правительство рабочих дадут нам реализовать концентрацию и продуктивизацию широких слоев еврейских масс на базе построения социалистической родины.
Не оружие в руках "наших" буржуев, а строители социалистического общества и территориальной социалистической единицы еврейских рабочих. Не захватчиками и казаками-колонизаторами на чужой земле будем, а тружениками, которые вместе с миллионами товарищей по классу участвуют в социалистическом строительстве…
Первые роты едут в Биробиджан. Ответственный: Штейфельман Зеэв"

Пишет об этой истории тот же "Копировальщик" из 1950-го года: "К чести еврейских коммунистов можно сказать, что они своими телами выполнили решение об изгнании евреев из Эрец Исраэль, чтобы проложить путь арабской республике. (прим.перев. – вот бы нынешние радетели за палестинское государство поступили бы так) В 1932г. мы услышали о "первых еврейских ротах, едущих в Биробиджан", веря, что смогут "реализовать концентрацию и продуктивизацию еврейских масс" (интересно: нацисты использовали идею и прецедент, чтобы обмануть евреев во время "депортации на восток"? Еврейские коммунисты по своей воле впихнули себя в своего рода концлагерь, а нацисты депортировали туда евреев – А.Л.) Первые роты были и последними. Уехавшие не только не создали место для приема масс, но и следы их самих сгинули. Другие не рискнули попытать такого "счастья".
Еврейские террористы
Настоящий фанатизм компартии проявился в отношении к обычному событию, в котором тяжело найти "эксплуатацию", "несправедливость" или какое-либо преступное действие – "Ад-де-ло-яда" (Пуримский карнавал) в Тель-Авиве в 1934г. PKP гневно осудила наивное пуримское торжество и обличили еврейских рабочих за их радость:

"Сионистские грабители и колонизаторы уже объявили о "народном торжестве – "Пуримиаде". Уже полны и шумны улицы Тель-Авива. Чему так радуются сионистские соколы? Может, тому, что Гитлер замучил голодом и страданиями миллионы рабочих и держит сотни тысяч революционеров и рабочих-борцов в лагерях и тюрьмах, отрывает головы и убивает десятки и сотни рабочих?.. (прим.перев. – через 5 лет Сталин и Гитлер заключат военный союз и нацисты станут друзьями всех партий, входящих в Коминтерн, еще через 2 года Германии нападет на СССР – коммунисты станут врагами национал-социалистов) Может, радуются сионисты ("единственные, заботящиеся обо всех евреях"), что фашисты ведут войну на уничтожение против трудящихся и массово изгоняют из мест проживания?
Да, конечно, именно поэтому радуются сионисты. Сионизм находится теперь в "периоде конъюктуры". Он не мечтал о лучших партнерах, чем Гитлер, Дольфус (прим.перев. – речь идет о лидере австрийской христианско-социальной партии, ставшем канцлером Австрии в 1932г., заключил союз с Италией, опасаясь Германии, начал гонения на социалистов: распустил австрийскую социал-демократическую партию и поставил вне закона национал-социалистскую (нацистскую) партию, в 1933г. распустил парламент и правил с помощью указов, в начале 1934г. жестоко подавил мятеж, организованный социал-демократами, в середине 1934г. погиб во время нацистского мятежа) и другие фашисты – палачи еврейских рабочих. Да, когда пришла тьма в мир, стоны преследуемых угнетенных еврейских рабочих стали светом на сионистской улице. (прим.перев. – т.е. подъем антисемитизма в Европе увеличил репатриацию, сионисты радуются увеличению репатриации – коммунисты обвиняют их, что они радуются антисемитизму)
… Но вы, еврейские рабочие, как сможете участвовать в этой радости? Дадите ли вы увлечь себя Пуримскими маскарадами? Неужели вы не понимаете, что этот "национальный праздник" подготовлен специально, чтобы вы забыли борьбу во всем мире между угнетенным человечеством и угнетателями? Неужели вы не чувствуете, что объединение в Пуримском веселье и Пурим-шпилях с обжирающимися буржуями – это низменная попытка усыпить вас в то время, когда во всем мире просыпается революционная энергия и готовится к битве?
Еврейские рабочие! Счастливы сионисты – худшие ненавистники, соучастники британского империализма, колониалисты на земле бедных феллахов, сионистские ястребы различных оттенков – все они готовятся устроить дикое веселье на улицах Тель-Авива. Близится мировая война, фашизм несет смерть и порабощение – это интересует сионистов? Наоборот – опьянить рабочих, не дать проснуться их совести… увеличить алию, усилить грабеж земли, еще больше обмануть еврейских рабочих в Германии, Польше, Румынии и других странах (прим.перев. – то есть странах, из которых бежали в Эрец Исраэль евреи, спасаясь от преследований), продолжать кровавую сионистскую авантюру – это цель, для которой им нужны карнавалы и Пурим-шпили.
Брезгливо отвернитесь от лживых "народных праздников". Оставьте это сынкам и дочкам богатых сионистов, не дайте затащить себя в болото реакционных, глупых, унизительных преходящих игр".
Тот, кто читает эти политические тексты, обладающие голосом жестяного мусорного ящика, сразу видит, что пропагандистские термины, которыми пользовались коммунисты в 20-30 годах, прошли с тех пор "академический гиюр". "Колонизаторская реакция", разумеется, превратилась в колониализм для нужд делегитимации в наши дни, но суть коммунистической деятельности осталась прежней.
Через 2 года – в 1936г. – присоединились активисты PKP к арабскому террору, призывали к прекращению репатриации (прим.перев. – когда в Европе усиливался нацизм) и заселению Земли Израиля и обвиняли сионистов в войне на уничтожение против арабского народа. Для "подъема морали" в их рядах они раскрыли в одной из своих публикаций ("а-Ор" от 7 июля 1936г.), что евреи-члены компартии провели три теракта, внеся вклад в военные усилия против сионизма: "Бомба в Бейт а-Поалим (здание профсоюза) в Хайфе была брошена членом PKP по приказу ЦК партии. Мины на выставке в Тель-Авиве были заложены по приказу PKP. Мины на улицах РАМБАМ и Геула в Хайфе были заложены также по приказу ЦК".
Университетская банда
Период арабских беспорядков (1929, 1936-39 годы), как и период Второй мировой войны, привели к тому, что часть членов отдалились от компартии. У части это было полное размежевание, у других – начало нового идеологического мышления, которое пыталось создать синтез с неожиданно проснувшимися еврейскими чувствами – в противоречии с тезисами руководителей партии.
В конце 1939г. поехали посланцы Центрального комитета PKP выяснить, что происходит в Иерусалимском отделении, где были помечены, по крайней мере, два "бунтаря" – Этингер и Абрамский – позже ставшие профессорами университета в Иерусалиме. Основной спор был вокруг понимания начавшейся войны. В глазах партии это была империалистическая война, в которой англичане и французы – плохие, а Гитлер – как известно, партнер по соглашению Риббентроп-Молотов. Напротив, Этингер и Абрамский неожиданно твердо стояли на своем мнении, что Гитлер и Чемберлен одинаково виноваты в развязывании войны. "Но в плакате компартии обвиняются только Чемберлен и Даладье и говорится, что Гитлер – агент Сталина и надо делать все, что Сталин говорит, - цитируются их слова в протоколе выяснения в Иерусалимском отделении партии. Члены горкома даже обнаглели и осмелились назвать арабских погромщиков 1936-39 годов – "фашистским движением". Вследствие этого горком был распущен, и это, видно, было началом "движения еврейских коммунистов", которое вышло из партии в середине 40-х годов.
В том же протоколе стоял вопрос "Какова должна быть работа на еврейской улице". И разъяснил представитель Иерусалимской ячейки: "Задача наших арабских товарищей – разбить сионистов, а задача еврейских товарищей – ослабить изнутри". В тот период вышла внутренняя инструкция коммунистов по подпольной политической работе. Иерусалимские товарищи действовали в соответствии с этой инструкцией под названием "Легальная деятельность и метод троянского коня". То есть проникновение в законные организации для тайной подрывной деятельности в них. Но в 1939г. сообщил ЦК о своем несогласии с методом работы в легальных организациях, они опасались, что "троянские кони" сами будут подвержены влиянию и станут сионистами. "Задачи, которые поставил ЦК перед нашими товарищами, работающими легально на еврейской улице, - следующие: Действовать для разрушения этих организаций путем подстрекательства масс против руководства. Надо использовать лозунги анти-сионистской войны в легальных организациях. Наша задача – разрушить сионизм".
В Иерусалиме успешно действовал метод "троянского коня" по внедрению в учреждения, который оставил след до сегодняшнего дня. Центрами внедрения были Академия искусства "Бецалель" и университет. То, что в прошлом пренебрежительно называлось "салон коммунизма", с течением времени доказало себя как самый действенный метод войны против демократических обществ. Документ от марта 1941г., источник которого не идентифицирован, но, видно, это отчет ШАЙ (шерут йедиот шель Хагана – информационная служба Хаганы), описывает то, что происходит в Иерусалимском университете.
"После 6 недель работы на исследовательском поле в связи с движением в Иерусалиме я пришел к следующим выводам", - пишет исследователь. – "Круг интеллектуалов – существует коммунистическая салонная ячейка среди высших кругов интеллигенции в Иерусалиме. Они находятся в Лиге еврейско-арабского сотрудничества и в других организациях. Нужно различать между различными людьми в этих кругах. Так, например, существует разница между Биньямином и Клорисским и между Магнесом и Бергманом и между Ави Шаулем и Гершомом Шаломом и т.д. По моему мнению, первые – это люди, которые потеряли влияние в еврейском обществе и ищут другой круг влияния, в то же время они оба – салонные коммунисты в полном понимании этого слова (видно, составитель документа подразумевает переводчика Ави Шауля, который был известен как коммунист, и Гершома Шалома – А.Л.) Третий круг и часть студентов – это идеологические коммунисты и активисты партии, и как видно, есть организационная связь между ними, потому что чувствуется моральная поддержка и взаимопомощь. Так студенты всеми силами поддерживали коммуниста Акиву Эрнеста Симона в качестве кандидата в педагогический институт при университете, и также поддерживал Симон, вызывая удивление, Шмуэля Этингера, который был принят в институт, несмотря на возражение руководства. Также прибыли Чернович, Этингер (известные коммунисты, но замаскированные в тот период – А.Л.) и их товарищи на политический диспут, организованный блоком, где выступал Симон. После того, как ему было доказано, что его выводы похожи на выводы конференции PKP, прошедшей несколько месяцев до этого, Симон разгневался, разразился криками, что хоть он принимает это, но решительно противится этой идентификации. Чернович и Этингер активно вмешались и крутились вокруг Симона до конца дискуссии. После всего, что мы видели, надо полагать, что есть и организационная связь между ними".
Согласно отчету, Симон, видно, был из группы идеологических коммунистов, в тот период еще не вступивших в партию. Многие гуманитарии приблизились к коммунистическим кругам или к а-Шомер а-Цаир через подставные организации в период, когда Советский Союз нес основную тяжесть борьбы с нацизмом. Как сказал писатель Авигдор а-Меири на "собрании дружбы с Советским Союзом" в 1942г.: "Я не только отказался бы от иврита, но и отдал бы всю Тору ради победы Советского Союза".
Свидетель, молчавший 7 лет
С того момента, как Гитлер был признан врагом, решили коммунисты, что арабские беспорядки 1936-39 годов не были революционным антиимпериалистическим восстанием, более того – арабское движение является фашистским (в наши дни радикалы вернулись к предыдущей коммунистической версии, согласно которой муфтий антиеврейским террором вел освободительную войну). Еврейские члены компартии были огорчены тем фактом, что арабы-коммунисты из раскалывающейся партии склоняются в сторону нацистской Германии. Сами они сдвинулись к почти сионистской позиции, этому помогло то, что с конца 1944г. Сталин поддерживал создание еврейского государства. Организация ЛЕХИ подровняла линию справа, а Моше Снэ из Хаганы и коммунисты – слева.
После речи Громыко в ООН в мае 1947г., в которой он выразил поддержку созданию еврейского государства, стали еврейские коммунисты частью национальных усилий. Арабские коммунисты, напротив, сосредоточились в Лиге национального освобождения, которая, разумеется, отрицала новую линию. Группа еврейских коммунистов, вышедшая из PKP, в определенной мере была даже более активистской в отношении к войне, чем Бен-Гурион и МАПАЙ.
1948-й год был своего рода торжеством возвращения блудных сыновей. Секретарь партии Меир Вильнер был среди подписавших Декларацию Независимости. Москва признала антиимпериалистическую услугу, которую еврейский ишув может предоставить ей. Волна была просоветской. И вдова Сёмы Миронянского, Клара, почувствовала, что это подходящее время потребовать, чтобы юридические органы возродившегося еврейского государства расследовали заново историю смерти ее мужа и вышвырнули подозреваемых в его убийстве из рядов полиции. Ощущение было, что коммунисты, отверженные в прошлом, могут, наконец-то, разделить их чувство жертвы с обществом, и чувство катарсиса и сближение еврейских сердец залечат раны прошлого.
Это горячая картофелина прикатилась к первому юридическому советнику правительства Якову Шимшону Шапира. 27 сентября 1948г. получил юридический советник жалобу от адвоката Клары Миронянской об убийстве ее мужа за 7 лет до этого. Ш.Софер из отдела расследований начал следствие. Среди вызванных были 4 офицера полиции, которых подозревали, что они избили до смерти Сему Миронянского в июле 1941г.
После того, как выслушал различные свидетельства, юр.советник выразил сомнение в том, что Сёма был убит полицейскими: "13 из 14 свидетелей не сказали ничего, что могло бы бросить какое-то обвинение на кого-либо из офицеров. Только один – Михаэль Коэн – свидетельствовал против них, и его свидетельство было единственным материалом против них. Коэн рассказал, что летом 1941г., когда он был полицейским и служил секретарем бюро расследований в Яффо, он видел четырех офицеров, участвующих в избиении Сёмы Миронянского дубинками и кастетами, вследствие этого избиения он умер".
Юр. советник Шапира отметил, что свидетель молчал 7 лет, и "рассказал в первый раз, когда пришел давать показания в свою защиту в суде, в котором обвинялся в убийстве своей жены, был в итоге признан виновным и получил 15 лет заключения". Все же, "из-за общественного волнения, возникшего из-за подозрений, что покрывают полицию", решил юр.советник создать комиссию по расследованию.
"Пусть не бьют его чересчур"
Заседания комиссии проходили в Тель-Авиве, когда снаружи бушевала Война за Независимость. Михаэль Бен Йегуда Коэн, свидетель, отбывавший наказание за убийство жены, рассказал: "Был еще спор: я видел грубость и жестокость этих людей; арестовали еврея, якобы коммуниста, и хладнокровно забили его до смерти тупыми орудиями, я видел, как он упал на землю. Били его Бен-Эфраим, Шамай, Штейнберг, Голбин и другие. Те, чьи имена я назвал, были основными. Того человека звали Сёма Мироманский. Это было в начале войны. Так преследовали тогда коммунистов. Это было в офисе CID в Яффо. Я сказал, что только убийцы могут сделать такое. Я не сообщил ген.прокурору. Все эти офицеры работали в Яффо, кроме Бен-Эфраима, который сопровождал арестованного из Тель-Авива в Яффо".
Перед окончанием одного из свидетельств передал один из членов комиссии записку своему товарищу: "Дорогой Нир, физические силы сидения ограничены еще 5 минутами. Я надеюсь, что он кончит – иначе буден вынужден попросить перерыв. Ш."
В отчете Софера из отдела расследований написано, что свидетель Михаэль Коэн не узнал фотографию Сёмы на освидетельствовании. В отчете полиции указано, что Элиягу Гужански (тесть Тамар Гужански) свидетельствовал, что "должен был встретить Сёму Миронянского после встречи в Бейт Арлозоров, получить результаты встречи. Сёма не пришел в назначенное время. Стало известно Элиягу, что были аресты на Нахмани, 48… Вследствие своих расследований пришли к выводу, что Сёма был арестован и убит полицией… У Гужански нет никаких обоснованных доказательств… кроме предположений".
Офицер Рам Люстиг сказал комиссии по расследованию, что слышал от следователся Шауки Саада Бея, который был назначен британской полицией расследовать историю Миронянского, что Клара Миронянски сказала, что в течение нескольких недель до этого он не был дома.
И тогда появился офицер полиции Шломо Розенштейн, посланный Шауки расследовать нескольких свидетелей для отчета, составленного после убийства, осенью 1941г. "… и я знал, что это было внутри оффиса CID, но я не хотел совать свой нос", - сказал Розенштейн в свидетельстве перед комиссией 3.01.1949. "Зачем мне все это. Он был убит в CID, не был убит гна улице… Я допросил людей, которые были в списке. С Вилькина (известный своей жестокостью английский офицер британской политической охранки - прим.перев. ) не снял свидетельских показаний, только говорил с ним, потому что он был ответственным за этот политический отдел (передал Шауки Бею, что подготовил "секретный отчет")… Из моего разговора с Вилькином я ничего не записал, потому что он не хотел давать мне свидетельских показаний… Свидетели, которых я допрашивал отрицали, что видели Сёму, отрицали, что били, отрицали все, отрицали, что был арестован такой человек… Вилькин сказал мне: я сказал им, чтобы не били чересчур. Видно, убили его на месте и он не остался в живых… Я не знаю, что он подразумевал, говоря "я сказал им, чтобы не били чересчур". Он сказал, что бросили Миронянского в море за Бат-Ямом. Я спросил и он сказал мне так. Его труп бросили в море за Бат-Ямом".
"Я слышал, что Штейнберг бил коммунистов", - сломал Розенштейн заговор молчания. Я прошу, чтобы меня не заставляли отвечать бил ли он в моем присутствии… Я много раз слышал крики… Если бы били людей ЛЕХИ или ЭЦЕЛя, то получили бы пулю. И боялись их. Возможно, что взяли Сёму Миронянского прямо в Яффо, чтобы не было известно, что он арестован. Я не знаю, каково было мнение Шауки Саада в отношении выбрасывания трупа в море, я не знаю, знал ли он. Я полагаю, что знал, как я".
Ужасающая тайна
Примерно через месяц закончился медовый месяц между Израилем и коммунистической партией. В то время, как государство упрочивалось, начался "длинный поход" коммунистов в Эрец за делегитимацию страны. Вначале как оппозиция, на службе советской империи, которая вела крайне антисемитскую кампанию. Вильнер, Микунис. Тауфик Буби и другие игнорировали все признаки, свидетельствовавшие, что Сталин намеревается завершить работу Гитлера по уничтожению евреев. В продолжение в 1958г. требовал Туби, чтобы партия вернулась к действиям по уничтожению государства Израиль.
Яир Цабан в своей лекции в этом году на конференции в Тель-Авивском университете в связи с 90-летием компартии в Эрец "бросил бомбу". "…Стала известной мне ужасающая тайна, потрясшая меня до глубины души: на совершенно секретном заседании ЦК, продолжавшемся несколько дней и проходившем в частных домах, предложил Тауфик Туби проверить у Советов не надо ли видеть в заявлении Громыко от мая 1947г. ошибку сталинистской политики, которая привела к несправедливости по отношению к палестинскому народу и надо отказаться от этого заявления. За год до этого был осужден Сталин Хрущевым и поэтому, полагал Туби, есть база для этого требования. Потрясение было таким тяжелым, потому что Тауфик Туби представлял в наших глазах арабского левого, выдержавшего самый тяжелый экзамен для арабского интернационалиста, когда в 1948г. Поддержал предложение о разделе на два государства и против арабского вторжения, затем проголосовал за Закон о Возвращении. И вот именно он предлагает эту лунатическую идею".
И закончил Цабан: "Во время очень напряженного заседания ЦК МАКИ разделились товарищи по чисто национальному признаку: все еврейские товарищи были против предложения, все арабские товарищи поддержали его. Это был не единственный такой эпизод".
Он ошибся в одном: идея Туби не была сомнамбулической. В значительной степени она была реализована с помощью коммунистов и их помощников в центрах управления коллективным сознанием израильского общества. В 2001г., через несколько месяцев после вспышки последней интифады, опубликовала Нери Ливна огромную статью в приложении газеты "Гаарец" о том, что казалось тогда как отступление пост-сионизма из-за террора. Проф. Шломо Занд заявил ей, что нет никакого изменения. Он как руководитель шести докторантов гарантирует Ливна, что все 6 выйдут пост-сионистами. Надо полагать, что у каждого из шести докторантов Занда есть сейчас 6 анти-сионистских докторантов.
Монументальная книга Шмуэля Дотана "Красные" была "сбита с орбиты" полным замалчиванием в СМИ. Дотан послал письмо двум высокопоставленным сотрудникам редакции "Гаарец". "Вопрос, который следует задать, почему избрало литературное приложение газеты направить предыдущую книгу на рецензию Моше Циммерману (ультра-левый "историк", в Тель-Авивском университете числится "специалистом по Германии" – прим.перев. ), который несколько раз в последние годы затушевывал в своих выступлениях в СМИ смысл нео-нацистских действий в Германии", - писал Дотан в 1994г. "Возможно, есть связь между решением передать ему книгу на рецензию, а также десятками других подобных решений, и фактом, что приложение отказалось опубликовать рецензию на мою третью книгу "Красные"… Возможно, отказ вызван тем, что в моей книге я вскрыл ужасную ненависть радикальных левых к сионизму. Надо отметить, что в этой книге упомянуты десять членов компартии, ставших историками. Также упомянуты несколько сотен репатриантов из Германии, часть которых привели к самой тяжелой анти-сионистской войне".
Дотан также привел современный пример употребляемого коммунистами сравнения нацизма и сионизма, использовавшегося в израильских в СМИ в период, когда было написано письмо. Он подытожил: "Внутренняя борьба в Израиле не только между партиями и вокруг таких важных вопросов, как будущее наших отношений с арабами, будущее территорий и т.д. Это борьба между усиливающимися анти-сионистами и сионистами, которые все еще в большинстве, но их статус слабеет с каждым годом".

(Автор выражает благодарность Шифре Дотан, Ави Шанибауму и Давиду Мерхаву за помощь документами для написания статьи).

Перевел Моше Борухович, МАОФ

Powered by Drupal - Design by artinet